Израильская
русскоязычная
адвокатская
коллегия

Адвокат
Эли (Илья)
Гервиц

Мое слово – закон!

Рубрики

Рассылка

адвокатской коллегии Эли Гервиц

Чемпиончики

Чемпиончики

У каждого из нас есть моменты «непропорциональной важности», которые непонятно почему и неожиданно глубоко врезались в нашу виниловую пластинку памяти. Не знаю, будут ли они пробегать перед нашими глазами за мгновение до ухода в лучший мир, но при жизни они напоминают о себе часто.
 
Я помню его почти три десятка лет. Как ему повезло в девяностом, сразу после репатриации в Израиль! Его взяли работать охранником в ресторан. Еще бы не взять — два метра ростом, пудов восемь веса. Когда почти все горбатились на стройке или сидели сторожами на складах за минимальную заработную плату, он мог смотреть на всех свысока: зарплата не в пример выше, статусная работа блюстителя законности и вершителя судеб подвыпивших гуляк, да и после смены рюкзаки со жратвой трясутся не только в багажниках официантов из «Садко» ленинградского времени.
 
Одни после стройки учили что-то по вечерам, другие сторожили ночью склады как раз для того, чтобы днем посещать университетские лекции. Ему все это, похоже, было не нужно. Или сначала было не нужно, а потом стало поздно.
 
Я помню его почти три десятка лет. Он не сильно изменился. Сторожа и разнорабочие на стройках изменились куда сильнее. Кто-то стал программистом, кто-то открыл свой бизнес. Кто-то взлетел, кто-то обанкротился. Но для большинства вылетевших с привычных орбит — да и как иначе при переезде из Союза в Израиль, без языка, без связей, без денег — низкая точка старта стала отличным мотиватором. И когда мы учились в израильских университетах — тоже с языковыми пробелами и необходимостью работать, чтобы обеспечить себя, — то если мы нагоняли наших соучеников-уроженцев, то по инерции и обгоняли их. Как динозавров, прозевавших рывок млекопитающих. Если у тебя больше ускорение — а без этого никак, низкая точка старта, — то после достижения равной скорости ты точно обойдешь того, кто бежит по соседней дорожке, если не остановишься. Но с чего это нам было останавливаться?
 
В общем, и без Хантингтона и Тойнби понятно, что трудности закаляют — вот, посмотрите на Израиль. Страна в кольце врагов, полезных ископаемых нет (вернее, не было до последнего времени, пока не нашли газ), институциональной базы нет, за десять лет абсорбировала почти двадцать процентов населения — и ничего, «стартап нейшн», «самая сильная армия Ближнего Востока» и так далее. Главное — не останавливаться. Но с чего бы это нам останавливаться?
 
Меня с детства занимал вопрос причин и источников успеха — конкретно в спорте, еще конкретнее — в шахматах (просьба не рассказывать, что это не спорт), но понятно, что ответ на него можно экстраполировать весьма широко. И я сначала думал, что это некая «Святая троица»: природные данные, хороший наставник или пример для подражания (тут мне повезло, те, кто знал Михаила Таля и Александра Нафтальевича Кобленца, меня поймут) и вложение ресурсов (привет Малколму Гладуэллу с десятью тысячами часов в «Гениях и аутсайдерах»). Но со временем я добавил четвертый фактор — ту самую мотивацию, которая в «Гаттаке» заменяет природные данные, а в реальной жизни, по-моему, все-таки дополняет. Мой папа с детства учил меня всегда выбирать себе «Чемпиончика» — кого-то, кто играет лучше меня, но не настолько, чтобы его уровень казался недостижимым, этот как раз демотивирует. И оттачивать свой стиль и расширять свой инструментарий. И постепенно сокращать дистанцию. И, догнав, обязательно обогнать — уже не потому, что ставишь такую цель, а просто в силу позитивной инерции: равная скорость плюс большее ускорение равно гарантированный обгон. А дальше выбирай нового «Чемпиончика».
 
Во взрослой жизни это не так просто. Как говорится, раньше мы знали ничего обо всем, сегодня знаем все… ни о чем. Приходится специализироваться. Загонять себя в колею, все более узкую и глубокую, — ведь там дорога накатана и отполирована твоими прошлыми кругами, соответственно, трение меньше, соответственно, скорость движения — то есть эффективность твоих действий, только не в километрах в час, а в сотнях евро в час, — выше. Только со временем можно обнаружить, что колея стала настолько глубока, что тебя уже не видно снаружи, а твой сектор обозрения ограничивается самой колеей, до ее ближайшего изгиба. И не повернуть назад и не выбраться. Да и к чему выбираться — ты же движешься по колее с бешеной скоростью, в сотни евро в час. Говорят, примерно поэтому эволюция не может помочь перебраться из одного локального максимума, более низкого, в другой, более высокий, поскольку для этого нужно «спуститься в долину», то есть на какое-то время потерять часть конкурентных преимуществ.
 
Но мы-то круче эволюции, правда? 
 
Колонка Эли Гервица опубликована в журнале “Русский пионер” №95. Все точки распространения в разделе “Журнальный киоск”.